Апология

Здравствуйте, вы зашли на форум "Апология".

Если вы еще не зарегистрировались, то вы можете сделать это прямо сейчас. Регистрация очень простая и не займет у вас много времени.

Надеемся, что вам у нас понравится.

Мир Вам!

православный общественно-политический форум

Последние темы

» Отец Даниил Сысоев и уранополитизм
автор Ingwar Сегодня в 1:45

» Дональд Трамп
автор Ingwar Сегодня в 1:39

» Крым не наш?
автор Ingwar Сегодня в 1:35

» Помогите собрать средства на лечение дочери!
автор lin4ik Вчера в 18:11

» Старец Порфирий Кавсокаливит
автор Монтгомери Вчера в 17:21

» БЕСЕДКА (ОБО ВСЕМ)
автор Ingwar Вчера в 17:06

» Крестовые походы это хорошо, они спасли Европу
автор Монтгомери Вчера в 16:59

» Есть ли в России "общество"?
автор Монтгомери Вчера в 16:55

» Почему я — русский националист?
автор Holder Вчера в 16:52

» МУЧЕНИК или СТРАСТОТЕРПЕЦ?
автор Ingwar Вчера в 16:14

» Православная Церковь - новости
автор мышкин Вчера в 14:49

» Православная Латвия
автор Нюся Вчера в 13:57

» ГРИНЕВА КСЕНИЯ 5 лет. ДЦП. Мечтает ходить ножками!!!
автор tanya24 Вчера в 12:22

» Тельбуков Павел, 18 лет. ДЦП. Сбор средств на 8-й курс лечения в ЕВДКС
автор Елена Тельбукова Вчера в 0:52

» Украина и Православие.
автор Монтгомери 01.12.16 18:32

» Мои рассказы
автор Ingwar 01.12.16 18:16

Православный календарь

Свт. Феофан Затворник

Значки


Каталог христианских сайтов Для ТЕБЯ
Рейтинг@Mail.ru



200stran.ru: показано число посетителей за сегодня, онлайн, из каждой страны и за всё время

Стиль форума

Доп Кнопки

JPG-Net Видео Музыка фоторедактор Фотохостинг

Ссылки на Библию

WM

БОКОВАЯ ПАНЕЛЬ

    Совесть, как она есть

    Поделиться

    Нюся
    Корифей форума
    Корифей форума

    Сообщения : 24437
    Дата регистрации : 2012-11-03
    Вероисповедание : Православное РПЦ
    20150829

    Совесть, как она есть

    Сообщение  Нюся

    Отрывок их книги Л. Соловьёва "Очарованный принц", из детства Хаджи Насреддина

    "На базаре-то и произошёл с ним один случай, немало ему послуживший к познанию своего сердца и разума.

    Как-то после полудня он забрёл на Старую верблюжью площадь. Были часы затишья: продавцы и покупатели пережидали зной. Кругом во множестве лежали верблюды, насыщая жаркий недвижный воздух едким запахом своего пота; маленький Насреддин, нисколько не боясь верблюдов, пересек площадь, порою совсем скрываясь в желто-пахучих застывших волнах верблюжьих горбов, порою выныривая из них своей бархатной тюбетейкой с красной кисточкой. Полусонная площадь не могла ничем порадовать его; он попробовал дразнить одного верблюжонка, но и тот, разморенный зноем, посмотрел равнодушно и отвернулся, не желая плеваться.

    Подумав, маленький Насреддин направил стопы к Тамерланову мосту, где, по слухам, расположились приезжие канатоходцы. Проходя мимо большого караван-сарая, он остановился, услышав за углом крики, визг и смех. Возликовав сердцем, он поспешил, конечно, туда.

    Он увидел гурьбу базарных мальчишек, своих сверстников, с увлечением предававшихся жестокой забаве. У стены караван-сарая у дороги, прямо на солнцепеке, сидела нищая старуха - цыганка из племени "люли" - наиболее презренного среди всех цыганских племен. А мальчишки с хохотом и кривляниями дразнили ее, выкрикивая разные обидные прозвища и швыряя комочками сухой земли.

    Старуха эта была необычайно безобразна и отвратительна: её непокрытая голова сквозила белесыми лысинами, во рту, за синими дряблыми губами, торчали желтые клыки, нос был крючком и сизый, веки - больные, красные, лишенные ресниц, глаза - круглые, злые; вдобавок, на коленях она держала столь же отвратительного, как сама, облезшего от старости черного кота; словом - настоящая ведьма, из тех, что воруют маленьких детей, дабы напиться их крови.

    Маленький Насреддин не замедлил принять участие в общей забаве: кричал и визжал, рычал и лаял по-собачьи, прыгал, высунув язык, на одной ноге, взапуски с остальными. Старуха бранилась, грозя жилистым кулаком, кот фырчал и выгибал спину - всё это было очень смешно, мальчики заливались хохотом.

    Наконец старуха наскучила им, к тому же у Тамерланова моста ждали их другие развлечения. Наперегонки пустились они к мосту, куда и прибыли благополучно, как раз к началу канатоходного представления. О старухе, о её коте мальчики мгновенно забыли, - да и как могли бы помнить, если уши их сразу, до ломоты, наполнились пленительным грохотом больших и малых барабанов, визжанием сопелок и ревом труб, а глаза - блаженным созерцанием канатоходцев, разгуливавших в небе со своими шестами. Только раз в памяти маленького Насреддина смутной тенью мелькнула эта старуха, - мелькнула и пропала, но как-то странно зацепив за сердце, словно бы оставив на нём царапину.

    Блаженство продолжалось весь день; домой Насреддин возвращался другим путем и старухи больше не видел. Но рассказывая Шир-Мамеду о своем дне - вспомнил её и запнулся.

    - Что же ты? - спросил Шир-Мамед.

    - Ещё я видел одну старуху, "люли", нищенку, - ответил Насреддин. - У неё - чёрный кот... А потом мы пошли к Тамерланову мосту...

    Он не сказал прямой лжи, не сказал и правды, - это была полуправда, то есть наихудшая ложь. И опять что-то царапнуло его по сердцу.

    С тем и лёг он спать. Утомлённый дневной беготней, он с вечера уснул крепко. В полночь он был разбужен страшным сном: базарная старуха, злобно скалясь, ловила его, хватала и тащила куда-то в яму, где фырчал и выгибал спину огромный черный кот, блестя огненными глазами. Этот сон наполнил мальчика тоской и ноющим томлением; прислушиваясь ко вздохам и храпу Шир-Мамеда, он испытывал беспрерывное, все возрастающее царапанье внутри - как будто старухин кот забрался к нему в грудь и вздумал поточить когти о сердце.

    Так впервые услышал он голос совести, узнал, что носит в себе незримые таинственные весы, на которых неукоснительно взвешивается каждая крупинка содеянного им зла, - и склонение весов мучительно.

    Чтобы избавиться от царапанья в сердце, он пытался направить мысли к играм, к ежу, к ласточкам. Тщетно! - не желая думать о старухе, он думал только о ней.

    И тогда с ним произошло нечто удивительное: по мере того как он углублялся в раздумье о старухе, он всё меньше оставался собою и всё больше становился старухой, как бы переливаясь в ней, - так что к рассвету он был уже на три четверти ею и только на одну четверть собою прежним. И когда он стал на три четверти ею, он стал таким же несчастным и одиноким, как она, а его оставшаяся четверть прониклась к ней столь нестерпимой жалостью, что он залился горячими слезами.


    Он всё понял: её безмерное одиночество, безмерную горечь - что нет для неё в мире ни одной близкой души. Разве она виновата,
    что родилась в племени "люли", разве она сама сделала себя безобразной, - так почему же несет пожизненную кару за это? Многотысячный базар вокруг - для нее пустыня... нет, хуже, ибо он полон к ней презрения и враждебности. За что? Она всегда сгорблена и всегда озирается, потому что всегда ожидает удара: плетью, словом или смехом - всё равно! Кроме чёрного кота, у нее нет никого; так они и живут вдвоем - оба старые, бессильные, вечно голодные, всеми покинутые, близкие только друг другу во всём безграничном мире.

    Какими же глазами, поняв всё это, он смотрел теперь на себя - на свое постыдное кривлянье перед несчастной старухой, на свои позорные выкрики и прыганье с высунутым языком на одной ноге. Он ужаснулся. Он самому себе представился таким постыдным и отвратительным, что не мог выдержать и, громко застонав, засунул голову глубоко под подушку.

    Утром он был грустен, задумчив; наскоро съел лепешку, выпил молока и побежал на базар. В его поясе лежал кошелёк, наполненный мелкой медью - грошами и полу грошами, на две с половиною таньга совокупно. Иные подумают: плод его разумной бережливости? Нет, игорных удач!

    Он спешил к старухе. Сколько базарных соблазнов попадалось ему на пути: айран, медовый снег, леденцы, халва! Он мужественно преодолел их все и не развязал кошелька. Не остановился он и в переулке, где мальчики самозабвенно предавались китайской игре, именуемой "лянга", ставя по четверти гроша с носа. В этой игре маленький Насреддин равных себе не имел, - и все-таки проследовал мимо, глядя в сторону, ускорив шаги.

    Старуху он нашёл на прежнем месте, у караван-сарая. Кот лежал у неё на коленях. Глиняный черепок для подаяния был пуст, как и вчера. Старуха гладила кота, что-то ему говорила; он отвечал тихим жалобным мяуканьем, - верно, был голоден.

    Маленький Насреддин спрятался в проломе обвалившегося забора. Он вдруг оробел. Как подойти к старухе, что сказать? Мелькнула мысль: бросить ей кошелек и удариться в бегство. Но это было несовместимо с торжественностью минуты.

    По дороге мимо старухи проходили разные люди, - никто не подал ей ни гроша, ни куска черствой лепёшки. Насреддин смотрел и удивлялся: как несправедливы и жестокосердны они!

    Его удивление постепенно переходило в негодование. А люди всё шли и шли, а черепок старухи был всё пуст и пуст. Лицо маленького Насреддина загорелось от прихлынувшей крови: почему не понимают они того, что он своим детским разумом понял с такой несомненностью? Сегодня он вовсе не замечал в старухе ни её сизого носа, ни желтых клыков, поднявшись духовным зрением выше этих случайных и маловажных признаков, разглядев за ними самое главное: беззащитность, одиночество, страдание.

    Движимый гневом и жалостью, он преодолел свою робость и с кошельком в руке направился к ней.

    Чем ближе он подходил, тем труднее было ему идти, - ноги словно прилипали к земле.

    Она узнала его, - он видел это по боязливой напряженности её взгляда. Она съёжилась, втянула голову в плечи, ожидая от него, как вчера, камня или словесной обиды.

    - Вот, возьми, бабушка, - немеющим языком пролепетал он и вытряхнул кошелек ей прямо на колени, осыпав медью фыркнувшего кота.

    На этом его мужество иссякло, он перешагнул предел свой храбрости. Повернувшись, он кинулся бежать и очнулся только в скобяном ряду, далеко от караван-сарая."
    Опубликовать эту запись на: Excite BookmarksDiggRedditDel.icio.usGoogleLiveSlashdotNetscapeTechnoratiStumbleUponNewsvineFurlYahooSmarking

    Сообщение в 05.12.15 12:25  Нюся

    Сидел мыслитель и гулял
    Он по лугам, то плыл по морю -
    Всё размышлял, себе он вторил,
    И по Творцу себя сверял...

    И вот он СОВЕСТЬ взял за тему,
    Объяв, как мог, и опыт свой,
    И опыт мира... Боже мой,
    Дар совесть СВЕТ есть, а не темень!

    И много, много написал
    Философ мыслей вдохновенных...

    По лесу шёл бедняк согбенный.
    Вор шёл пред ним, он потерял

    Кошель ворованный с деньгами,
    Которых бедному с лихвой

    Хватило б сладко жить годами.
    Но что же нищий? "Боже мой,

    Я знаю что там, я страдаю,
    НО совесть явно говорит -

    Что не своими ведь трудами
    Я нАжил то, что под ногами!

    Возьму - душа моя сгорит..."

      Текущее время 03.12.16 7:40